August 16th, 2008

sq

Корабль пингвинов

У пингвинов были первая армия и второй флот в мире. Этим флотом командовал славный Шатийон, носивший титул эмирал-ахра, или — сокращенно — эмирала. Это слово — к сожалению, в искаженном виде — существует и поныне у многих европейских народов, обозначая высший чин в морских вооруженных силах. Но так как у пингвинов был только один эмирал, то чин этот пользовался у них, смею сказать, совершенно особым почетом.
Эмирал не принадлежал к дворянскому сословию; он был дитя народа, и народ любил его; народу льстило, что выходец из его недр осыпан почестями. Шатийон был хорош собой, удачлив, ни о чем не размышлял. Ничто не смущало прозрачной ясности его взора.

Анатоль Франс "Остров пингвинов"



Collapse )

-- А это очень хорошо, когда тебя посвистят?.. В эти... Ну, как ты говорил?
-- Чего? -- спросил Кристофер Робин нехотя, словно прислушиваясь к кому-то другому.
-- Ну, в эти... на лошадке,-- объяснил Пух.
-- Посвятят в Рыцари?
-- Ах, вот как это называется,-- сказал Пух.
-- А я думал, это посви... Ну ладно. Они не хуже Короля и Купца и всех остальных, про которых ты говорил?
-- Ну, поменьше Короля,-- сказал Кристофер Робин, и тут же, заметив, что Пух, кажется, огорчен, он поспешно добавил:--
Но побольше Купца!
-- А Медведь тоже может стать им?
-- Конечно, может!-- сказал Кристофер Робин. -- Я тебя
сейчас посвящу.


Норвежская армия произвела в рыцари королевского пингвина, который ещё в 2005 году получил звание полковника.

В пятницу 15 августа Нильс Олав III был возведен в рыцари. Церемония посвящения началась с громких речей и фанфар, все с нетерпением ожидали появления новоявленного рыцаря. Затем Нильс осмотрел построение войск около сцен зоопарка и проверил состояние униформы солдат. Потом его увел дрессировщик на торжественную церемонию посвящения.. В рыцари Нильса произвел британский генеральный майор Эун Лоудон именем короля Норвегии Харальда V. Лоундон торжественно возложил королевский меч на оба черно-белых плеча Нильса, и повесил на его плавник знак рыцарского отличия.
sq

(no subject)

Общение никогда не соблазняло, не привлекало ее. Во время беседы мысль вынуждена непрерывно совершать непредсказуемые скачки и кульбиты, она искажается и извращается, дабы угодить или рассердить, становится по-жульнически вероломной. Зато в одиночестве мысль бесподобна, она укореняется в теле и не останавливается ни перед чем. Даже опровергая собственные мысли, человек остается цельным. Она предпочитает быть один на один со своими мыслями. Хотя вообще-то не особенно расположена думать. Мысли разъедают.

А когда ей есть что сказать, она записывает это, вставляет в свои книги или намеками говорит об этом в лекциях.


Торгни Линдгрен "Шмелиный мед"